Official  site  of  Bass-guitars

 

Новости
Бас-гитаристы
Bass Day
Бас аудио CD
Бас-пресса
История в лицах
Заказ инструментов
Уроки и упражнения
Бас табулатуры
Видео уроки
Интерактивная школа
Домашняя студия
Бас усиление
Процессоры
Каталоги бас-гитар
Ссылки
Гостевая книга
Форум
Гитарный тюнер
 
BASS-SHOP

Pokep.DE Сайт о реальной музЫке !

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru

Авторы: Валерий КУЧЕРЕНКО, Татьяна ЗАЙЦЕВА

SCOTT HENDERSON О РАЗВИТИИ МЫШЛЕНИЯ И ПОЛЬЗЕ ДЖЕМОВ

Имя гитариста Скотта Хендерсона (Scott Henderson) хорошо знакомо любому ценителю серьёзной и продвинутой музыки. Его эксперименты в фьюжн-проекте TRIBAL TECH, а также в составе звёзного трио HENDERSON/SMITH/WOOTEN являются одними из самыми инновационных в музыкальном искусстве современности. Для этого виртуозного музыканта, который авторитетным журналом «Guitar Player» несколько раз признавался джазовым гитаристом года, не существует стилевых рамок и ограничений; он смело скрещивает джаз, блюз, рок-н-ролл и разнообразные современные технологии. В очередной приезд музыканта в Москву нам удалось встретиться с ним и поговорить о некоторых моментах, касающихся его творчества.

MUSIC BOX: Здравствуйте, Скотт! Можно задать Вам несколько вопросов?
SСOTT HENDERSON: О да, конечно! Мне приятно, что нашлись журналисты, которые желают потратить своё время на общение со мной. Надеюсь, что ваши вопросы будут мне интересны.
MB: Хорошо, первый вопрос: почему Вы занялись заведомо некоммерческой музыкой?
SH: Я рад, что Вы начали с правильного вопроса! Представьте себе человека, который выбрал для себя карьеру профессионального музыканта. Так вот, перед ним два пути. Первый и, наверное, более для многих предпочтительный заключается в том, что этому музыканту придётся играть то, что ему прикажут, что диктует рынок, его продюсер, лейбл – да кто угодно; и за это он, по идее, получит хорошие деньги (правда, в том случае, если он востребован и имеет свою рыночную цену). Есть и другой путь – когда музыкант долгое время занимается совершенствованием, сочинительством, чистым творчеством, осваивает технику и, что очень важно, вырабатывает свой неповторимый стиль игры. Этот путь долгое время не приносит материальной выгоды. Но если человек талантлив, то его всё равно заметят, и он в дальнейшем тоже будет нормально зарабатывать. Но уже играя не то, что от него требуется, а то, что он сам хочет. Надеюсь, я ответил на Ваш вопрос?
MB: Да, в полной мере. Вы не против, если я задам несколько вопросов о Вашем проекте TRIBAL TECH?
SH: А что Вы хотите узнать?
MB: Ну во-первых, почему возник этот проект, чья была инициатива?
SH: О, это было так давно... Лет десять назад встретились два амбициозных музыканта, склонных к экспериментам (причём к самым смелым), которым захотелось расширить музыкальные горизонты, а может быть, просто подурачиться... И мы записали альбом, потом другой, потом ещё... Критики там что-то углядели, да и публика, состоящая в основном из музыкантов, тоже. Надеюсь, что это не рисовка, и они на самом деле что-то поняли, ведь там столько идей...
MB: Последний альбом проекта, «Rocket Science», получился очень нестандартным...
SH: (Перебивает, раздражается.) У TRIBAL TECH, если Вы сумели заметить, вся музыка нестандартна, да и альбомы друг от друга отличаются, я бы сказал, кардинально. Мы никогда не обсасываем одну идею в течение нескольких альбомов, чаще у нас бывает наоборот – одна композиция несет массу идей.
MB: Нет, я хотел сказать, что он был нестандартен даже для проекта TRIBAL TECH!
SH: Хорошо, а как бы Вы сами его охарактеризовали?
MB: Очень своеобразная музыка. Это, безусловно, джаз, но наполненный какими-то хаотичными индустриальными звуками, звонками, писками; би-боп встречается с техно...
SH: Да – похоже, альбом Вы слышали... И характеристика Ваша мне нравится. Основных идей было две. Первая – можно ли превратить в музыкальные инструменты такие повседневные вещи, как, скажем, СВЧ-печь? И вторая – можно ли играть джаз, используя драммашину и задавая техно-ритм, причём задача усложнялась тем, что в качестве этой драммашины выступает живой барабанщик? Улавливаете мысль? А вы знаете, как он был записан?
MB: Я хотел Вас спросить об этом.
SH: Так вот, последний, да, собственно, и предыдущий альбомы проекта были записаны совершенно спонтанно. Мы собрались в студии, не имея абсолютно никакого заранее написанного музыкального материала, только идеи. Пожалуй, главной задачей было решить вопросы технического плана, а именно, какие устройства мы будем применять в качестве новых музыкальных инструментов. И, если я не ошибаюсь, в буклете мы их все перечислили.
MB: А почему он вышел на лэйбле Tone Center?
SH: Честно говоря, не последнюю роль здесь сыграл денежный вопрос. Люди с этого лэйбла, послушав материал, предложили нам за него определённую сумму, которая нас устроила.
MB: В прошлом году вышла Ваша последняя сольная пластинка. Почему Вы решили записать блюзовый альбом?
SH: Я не сказал бы, что это на 100% блюзовый альбом. Там много чего ещё намешано. Вообще, я люблю блюз, и у меня периодически возникает желание играть эту музыку. Но не просто играть стандарты, а по возможности внедрять в жанр элементы джаза и рок-н-ролла. Сейчас в блюзе практически невозможно придумать что-то новое, поэтому интегрирование в эту музыку каких-то пограничных направлений – это наиболее адекватный подход к её исполнению
MB: Почему пластинку издала компания Blues Bureau?
SH: Здесь опять вмешался денежный вопрос. Они мне хорошо заплатили за альбом.
MB: Но насколько я знаю, на этом лэйбле в прошлом году вышел только один релиз – Ваш сольный альбом. Лейбл переживает не самые лучшие времена и с деньгами у него, похоже, не густо...
SH: Ну значит, они потратили весь свой годовой бюджет на то, чтобы выпустить мою пластинку. Это было их решение, и я понятия не имею, как это прокомментировать.
MB: На Tone Center был ещё один проект с Вашим участием, в который входили известные люди – барабанщик Стив Смит (Steve Smith) и басист Виктор Вутен (Victor Wooten). Как он возник?
SH: Не помню точно, как возник этот проект. Но отлично помню тот кошмар, когда мы писали альбом. Мы собрались в студии, и это было больше похоже на военные сборы. Времени у нас было очень мало, и чтобы всё сделать вовремя, была объявлена жёсткая дисциплина. Мы жили в студии как в казарме; пахали как волы – почти не спали; не хватало времени поесть как следует. Альбом мы записали вовремя, и самое странное в этом случае заключается в том, что он получился неплохим, несмотря на то, что условия, в которых мы работали, мало способствовали творческому процессу.
MB: Поговорим о творческом процессе. Как идеи, приходящие в голову, в конечном итоге становятся музыкой?
SH: Здесь, наверное, главное не идея, а её правильное развитие. Я думаю о чём-то, в голове рождается образ, и я говорю об этом. Это моя первая фраза. А дальше, чтобы создалось правильное развитие идеи, нужно сказать следующую фразу так, чтобы она была логическим продолжением первой. Приведу пример. Допустим, я говорю о большой машине с открытым верхом. Если моя следующая фраза будет о моей комнате, то я попаду пальцем в небо. А если я скажу о девушке, с которой еду в этой машине (что не противоречит первой картинке), то логическая цепочка будет выстраиваться правильно. Так и в музыке. Старайтесь мыслить образами и правильно их выстраивать, тогда мелодический рисунок композиций будет наиболее грамотным. Да и первоначальная идея никуда не денется. И ещё. Я хочу рассказать о пользе джемов. Думаю, что не надо тратить репетиционные часы только на отработку своего материала, повторяя проблемные куски раз за разом! Заходите в студию, выключайте свет и начинайте играть: сначала вступает один, затем присоединяется второй и так далее. Такие джемы очень полезны – музыка воспринимается уже несколько по-иному, сам музыкант начинает мыслить шире. Безусловно, техника важна, но основной упор нужно делать на развитие индивидуального и коллективного мышления.
MB: Хорошо – фраза построена, мелодическое решение найдено. Теперь нужно её техническое воплощение. Я так понимаю, что оно разное в каждом конкретном случае?
SH: Что Вы имеете в виду?
MB: Ну например, использование различных гитарных эффектов, применение различных гитар, то есть каждый раз создание уникального гитарного звука.
SH: Да, я всегда экспериментирую со звуком. Я пробую практически все технические новинки. Но я считаю самым важным то, чтобы изначальный звук гитары был максимально аутентичным и насыщенным. Работать с исходно плохим звуком – неблагодарное занятие. Из этого мы делаем вывод – нужен хороший инструмент. Лично мне всегда нравились старые инструменты. Вы знаете почему старые гитары Fender так сочно звучат? Потому что они были собраны с нарушением технологий. Всё дело было в неправильной намотке гитарных датчиков. Женщины, которые делали это вручную, во время монотонной работы говорили о своих проблемах, мужьях, любовниках; всё это сопровождалось бурным проявлением эмоций, в результате которых намотка проволоки получалась далёкой от идеальной. А в самые горячие моменты они просто бросали работу и занимались активным обсуждением. Потом ручной труд женщин был заменён на станочный с полным компьютерным контролем всего процесса. И тут же гитары Fender стали звучать хуже. Начали выяснять, и оказалось, что жирное звучание гитар напрямую зависело от ошибок женщин-намотчиц. Сейчас компанией разработана программа, останавливающая станок (так называемая остановка «на сплетни») и изменяющая алгоритм намотки проволоки. В результате гитары опять зазвучали, но всё равно не так как раньше.
MB: Хорошо, мы поговорили о творческом процессе и о техническом его воплощении. Но эти вещи происходят и с помощью других музыкантов. Вы играли со многими музыкантами, являющимися профессионалами высочайшего уровня. С кем Вам было наиболее комфортно и легко работать?
SH: В первую очередь это мой соратник по TRIBAL TECH и старый приятель Гэри Уиллис (Gary Willis). Мы с ним так долго играем вместе, что понимаем друг друга с полуслова. А вообще очень трудно навскидку назвать ещё какие-то фамилии, я действительно переиграл с солидным количеством музыкантов... А нет, вспомнил! Ну как же я мог забыть Джона Хэмфри, с которым писал последний сольник! Это совершенно уникальный басист!
MB: А каким образом Вы оказались в числе приглашённых гитаристов на сольном альбоме барабанщика Грегга Биссонетта (Gregg Bissonette)?
SH: Насколько я знаю, Грегг попросил многих известных гитаристов поиграть на его альбоме. И никто не отказался ему помочь. Даже Стив Вай (Steve Vai) , несмотря на свою постоянную занятость. А почему? Да потому, что Грегг очень порядочный человек. У него доброе сердце, он сам всегда готов тебя выручить и оказать п Steve Vai омощь, если попросишь. К тому же он фантастический музыкант, с которым работать одно удовольствие, да и музыка, которую пишет его брат, очень талантлива.
MB: А российских музыкантов слышали?
SH: Да, мне очень понравилась игра Игоря Бойко и Темура, у него очень сложная фамилия, не могу выговорить (Квителашвили. – Авт.). Они действительно думающие гитаристы, обладающие высочайшей техникой. Мне кажется, что в России много высокопрофессиональных музыкантов, у вас сильные музыкальные традиции, богатейшая музыкальная культура.
MB: Вы неоднократно уже бывали в Москве. Что понравилось больше всего?
SH: Москва – совершенно фантастический город, очень гостеприимный. Люди, с которыми мне приходилось общаться, доброжелательны и открыты, я чувствую себя здесь комфортно. Хорошая гостиница, хорошая сцена в уютном клубе, радушный приём, вкусная еда – что ещё нужно музыканту для счастья?
MB: И напоследок, что бы Вы пожелали людям, связавшим себя с музыкой?
SH: Keep Your Minds Opened. Слушайте больше разнообразной музыки, не зацикливайтесь на одном направлении, постоянно расширяйте свой кругозор. Будьте открыты и восприимчивы для прихода к вам идей, новых мыслей. Старайтесь зацепиться за идею, не упустить её и правильно развить. Я постоянно об этом говорю, и если я повторяюсь, – то по причине крайней важности этого постулата. И главное, всегда делайте то, что вам ДЕЙСТВИТЕЛЬНО нравится.

Назад    НАВЕРХ


© Bassguitars.RU 2005-2018

 

Сделано в PASWEB

potapovbass@gmail.com